Самая большая пасека в мире - Kotemotel.ru

Самая большая пасека в мире

Самая большая пасека Европы!

С австрийским пасечником Штефаном Мандлем автор этих строк познакомился несколько лет назад на просторах Facebook. Пан Мандль является активным участником соцсети, его посты всегда очень интересные, а фотографии — максимально информативные. Позже выяснилось, что он — не простой пасечник, а глава Австрийского общества профессиональных пасечников. Во время Апимондии-2017 в Стамбуле мы познакомились с ним лично. Тогда Штефан откровенно удивил, отметив, что его хозяйство насчитывает примерно 10 тыс. пчелосемей! Это, наверное, самая большая промышленная пасека в Европе. Точно — одна из самых больших. Интересно то, что содержится она в соответствии со стандартами органического пчеловодства. Давайте познакомимся поближе.

Технология

Beelocal Bienenhof Mandi Olive (Бискаль — пасечный двор Мандль-Олива) представляет собой хороший пример кооперации двух пасечников — доктора Штефана Мандля и Мартина Оливы. Их совместная работа началась в 2009 году. До этого партнеры работали в отрасли отдельно по 20 лет. Благодаря партнерству им удалось создать промышленную пасеку, которая содержится в строгом соответствии с условиями натурального (органического) пчеловодства. Сейчас хозяйство насчитывает примерно 10 тыс. пчелосемей, которые расположены более, чем на 600 точках. То есть, в среднем всего по 17 пчелосемей на одному точку! Во время активного сезона в хозяйстве на полной занятости работает всего 20 работников (главные пасечники, простые пасечники, ученики), а также сезонные помощники. Выходит, нагрузка на одного человека — 500 пчелосемей. Для сравнения: чаще всего нормой для промышленной пасеки является 200 улей на человека.

Что же означает вести пасеки органически (биологически) на практике?

Если кратко, то принцип хозяйства — создавать и отдавать природе больше, чем брать от нее. Например, хозяйство полностью обеспечивает себя электроэнергией благодаря использованию энергии солнца и ветра. Ну и, конечно, главное, что дает пасека природе — это опыление.

Что касается определений «Эко» и «Био» в сельском хозяйстве ЕС, то они защищены с 1993 года. Для маркирования продуктов такими символами, они должны производиться сертифицированным хозяйством, где за пчелами следят соответствующим образом.

На практике, речь идет в первую очередь об использовании на пасеках исключительно чистого натурального воска без добавок медикаментов, которые применяются, в частности, против клеща варроа. Хозяйство Мандль-Олива уже много лет использует только свой воск, которые перерабатывается на собственном хозяйстве. Никакого покупного воска или вощины!

Кроме этого, улья изготавливаются исключительно из дерева, которое растет в данной конкретной местности. В частности, используется пихта, нестроганая, 2-го сорта. Улья также изготавливаются на собственном производстве. Имеют очень примитивную конструкцию. Пасечники уверены — пчелам не нужны произведения искусства. Улья ничем не покрываются и не красятся. Опыт говорит: улей живет столько, сколько в нем находится пчела, то есть вечно. После дождя древесина быстро высыхает за счет тепла пчел. Плесень и другие грибы не имеют никаких шансов на развитие из-за прополиса. В хозяйстве работают улья, которые намного старше 10 лет. Если что-то ломается, то ремонтируется. В крайнем случае завершает свой жизненный цикл в качестве дров для перетопки воска. Улья многокорпусные (система Zander, аналог «рута»), безфальцевые, сделанные из 20-ки, соединённые очень просто, даже примитивно. Дно — глубокое, но цельное (не сетчатое). Рамки — также самые простые, без разделителей и всяких «евро-замков».

Для точков хозяева стараются искать места, где столетиями не совершалось интенсивное сельское хозяйство. Признают, что это очень тяжело, но на удивление достаточно часто удается. Точки расположены возле Вены, а также в восточной части Нижней Австрии. Предприятие постоянно увеличивается. Каждый год появляется примерно 100 новых точков. Цель хозяйств — плотное покрытие всего региона собственными пасеками. Зимой Штефан Мандль даже посещал самую крупную промышленную пасеку Германии, которая насчитывает 6 тыс. пчелосемей. С ее хозяином, Ансгаром Вестерхофом, договорились о партнерстве.

Продукты

Пасечное хозяйство является универсальным, то есть предлагает продукцию как для конечного потребителя ( мед, пыльца, воск), так и для пасечников (пчелы, матки и тд).

Мед реализовывается преимущественно фасованным. Он позиционируется как местный, исключительно из собственных пасек. Никаких покупок (для миксов или ассортиментов) со стороны. Предлагается 4 вида меда в 400 и 500-грамовых баночках: обычный цветочный, крем-мед, мед с пыльцой и маточным молочком. Интересно, что монофлорные меда не предлагаются, только смеси. Пылца, которая интенсивно собирается на пасеках с помощью донных пыльцеуловителей, реализуется оптом после сушки в таре по 20 кг. Стоит такой лот 430 евро, то есть 21.5 евро/кг.

Излишки вощины реализовываются по цене в 132 евро за пачку в 5 кг. Спрос значительно превышает предложение, поэтому купить не всегда выходит. Показательно, что на пасеках содержатся исключительно пчелы породы карника. На правильных пчел всегда есть спрос. Поэтому хозяйство постоянно предлагает широкую линейку продуктов этого направления. В частности, предлагаются товарные матки (так званые F1) по цене от 27,5 евро. Отмечается, что матки облетаются в местностях, где преобладает трутовый фон карники. Также предлагается племенной материал: чистопородные и преимущественно (протестированные) родоначальницы. Главное акцент в селекции хозяйство делает на стойкость к клещу варроа и других болезней. Поэтому облетаются матки на так называемых «толерантных» горных облетках.

Обычно, внимание предлагается и другим традиционным хозяйственно-полезным признакам: миролюбивость, нероение, медопродуктивность. Хозяйство позиционирует своих пчеломаток, как био-сертифицированные. В частности, делают облет исключительно в деревянных нуклеусах собственного производства и конструкции. Но отправляются почему-то в пластиковых клеточках (не деревянных).

К реализации предлагаются также зрелые маточники по цене 38 евро за 10 штук. Только самовывозом, отправка невозможна. Мисочки используются только восковые.

Искусственные роя формируются во время откачки меда с акации: 1.5 кг пчел (без трутней) плюс матка отдельно в клеточке.

Отгрузка для самовывоза совершается в первые три субботы июня, а потом первые две субботы августа. Возможна отправка перевозчиками. Цена одного искусственного роя с ящиком составляет 112 евро.

Весной после зимовки реализуются зимовалые семьи. Забрать можно с ульем, который, однако, потом следует вернуть после пересадки пчел дома. К средине апреля, когда совершается реализация, семьи занимают минимум 5 рамок (система Zander), из которых три с расплодом. Стоит такое удовольствие почти 160 евро. Пасека предлагает экскурсии. Полное знакомство с хозяйством плюс ответы на любые вопросы, которое длится 2-3 часа, стоит 11 евро с участника. Минимальная группа — 10 человек. Максимальная — 60.

Вот такой краткий ознакомительный, но насыщенный рассказ о промышленной пасеке в Австрии. Есть над чем задуматься…

Какая пасека более доходная маленькая или большая

Какая пасека более выгодна маленькая или большая. Многие сразу же скажут большая пасека более выгодна, чем маленькая – больше пчел — больше меда – больше денег.

Но действительна ли такая зависимость на практике?

Итак две пасеки, предположим, что они находятся в одинаковых условиях медосбора, погоды, квалификации пчеловодов.

Первая пасека 500 пчелосемей, вторая 50 пчелосемей. Меда получаем одинаково 50 кг товарного меда с пчелосемьи. Объем меда на первой пасеке 25 тонн, на второй пасеке всего 2,5 тонны.

Но разве прибыль будет пропорциональной?

На прибыль влияют затраты и доходы. Затраты кстати пчеловоды считают крайне редко, считая что это пустая трата времени, по этой причине практически не знают о себестоимости своего меда, так же не учитывают затраты своего труда.

Рассмотрим затраты пасек.

На маленькой пасеке затраты будут непропорционально ниже. Причина проста пчеловод на маленькой пасеке может массу несложного инструмента и инвентаря сделать сам. А если у пчеловода руки на месте, то он за зиму может сделать и сам 50 ульев, рамки и т.д.

На крупной пасеке даже стаместки придется покупать, за ульи речи быть не может, все придется покупать. Покупка дешевого улья расчитаного на несколько сезонов, просто невыгодна, через несколько лет придется еще раз вкладывать деньги в ульи, причем большие, чем в первый раз – просто потому что инфляция и все цены пусть немного, но растут. Придется вкладываться сразу и всерьез.

Читайте также:  Чем опасен яд медузы?

На маленькой пасеке все работы пчеловод может делать сам, пчеловод и охранник и подсобник и пчеловод и т.д.

На большой пасеке, которую сложно разместить на одном точке не обойтись без охраны и помощников, которым необходимо платить живые деньги. Конечно если семья большая, то поможет, но с родственниками, все равно, придется делится походом. Не стоит забывать, что если пасека на нескольких точах, то добавятся еще и транспортные расходы на перемещение между точками.

Замена маток довольно затратная операция, на маленькой пасеке вывести пятьдесят маток вполне по силам одному пчеловоду, на крупной пасеке самому вывести пятьсот маток можно, но трудоемко, покупать 500 пчелиных маток даже по небольшой цене — затратно. На маленькой пасеке один пчеловод может сделать многое, для получения дополнительного дохода – для сбора пыльцы, прополиса, и т.д, пчеловод может уделить больше внимания отдельным семьям, если это требуется. На крупной пасеке это потребует дополнительных трудозатрат и наем дополнительного персонала. В некоторых странах есть конечно стандарт – один пчеловод на 500 ульев. Но не стоит забывать, что пчеловод все равно один не работает, работает бригада, по технологии отработанной до автоматизма, когда все операции делаются практически»не глядя», и такая бригада обслуживает пасеку в1500 ульев и больше. Направленность такой большой пасеи как правило только одна либо мед, либо опыление, для получения дополнительной продукции пчеловодства уже просто нет времени.

На крупной пасеке не обойтись без постройки большого зимовника и других подсобных помещений для хранения суши и меда.

Затраты на большой пасеке непропорционально выше затрат маленькой пасеки.

Рассмотрим доходы пасек.

Доходы, конечно, то же не будут пропорциональными.

Дело в том, что хранить 2,5 тонн меда проще чем 25 тонн. На крупной пасеке не обойтись без реализации меда крупному оптовику не обойтись, а цены у них низкие, достигающие 30-40 руб за кг. Если реализовать весь мед сразу по цене 30 руб/кг то выйдет всего 750 тыс рублей. Вроде бы и много, но если отбросить все затраты то практически ничего не остается.

На маленькой пасеке проще продать мед по более высокой цене 100-200 р/кг и выше. Не стоит забывать, что на маленькой пасеке, пчеловод за несколько лет работы, создает сеть постоянных клиентов, и реализовать через эту сеть 2,5 тонны меда вполне возможно.

Если брать по низкой цене в 100 рублей то доход получится в 250 тыс рублей, по 200 р доход составит 500 тыс рублей.

Не стоит думать, что большая пасека это плохо. Отнюдь. Владелец крупной пасеки может продать оптом тонн 20 меда, а остальной мед продавать не спеша, а может найти оптовика с оптимальной ценой, получая максимально высокий доход. Просто надо изначально продумать какие будут затраты. Продумать и найти покупателей на мед по хорошей цене. Пчеловоду необходимо соотнести ожидаемый доход с затратами средств и труда, и определить оптимальный объем своей пасеки.

Промышленное пчеловодство

Главная задача промышленного пчеловодства – производство максимального количества качественной продукции меда и сопутствующих продуктов при низких затратах. Успех предприятия промышленного пчеловодства прямо зависит от селекционной работы и используемой породы пчел, а также технологичности процесса.

От любительского пчеловодства, промышленное отличается масштабом, и возможностью механизировать производство.

Автоматизация позволяет стабильно получать недорогой мед высокого качества. Работа пчеловодческого хозяйства, поставленная на конвейерный тип, позволяет увеличить эффективность и рентабельность пасеки.

В качестве примера, можно привести крупные пасеки Франции, Америки и России, на которых каждый работник может ухаживать за сотнями и тысячами ульев.

Промышленное пчеловодство в России

Продажа меда – прибыльное занятие, его стоимость постоянно возрастает. Промышленные пчелофермы развиты в Алтайском, Пермском и Краснодарском крае, Башкирии, Удмуртии. К примеру, пасеки Алтайского края реализуют тонны меда. Его поставляют разные регионы нашей страны, в Китай и другие точки мира.

Благодаря резкому повышению стоимости доллара поставки меда за границу стали необычайно выгодны. Промышленное пчеловодство в России, одна из самых выгодных отраслей сельского хозяйства.

Сейчас промышленное пчеловодство в нашей стране не ориентировано на экспорт. Основные покупатели продукта находятся на внутреннем рынке. В России есть огромная база для промышленного пчеловодства, но в настоящее время эта отрасль не обладает развитой производственной системой.

Сегодня резервы Российской Федерации задействованы не в полном объеме, меньшие по размеру страны производят намного больше меда. Даже Австралия по уровню добычи заметно превосходит РФ. С другой стороны, пчеловодство является одной из перспективных отраслей сельского хозяйства, в которой нет такой жесткой конкуренции.

Пока наши пчеловоды неспособны насытить внутренний рынок и выйти на европейского покупателя. Одна из причин – повышенные требования к качеству продукции. Разные источники говорят, что в России 3-5 миллионов семей пчел.

Повышенный спрос на мед делает этот бизнес очень привлекательным и выгодным в нашей стране. Оптимизировав производство и подготовив необходимое оборудование, каждый предпринимать сможет содержать большую пасеку и получать существенный доход.

Специализация пчеловодческих хозяйств России определяется регионом:

  • юг страны – разведение пчел (пчеломаток, пакетных пчел);
  • Урал, Дальний Восток – производство меда и воска;
  • север – опыление сельскохозяйственных культур в теплицах.

Сорта меда из Алтайского края, ценятся больше продукции Удмуртии. Несмотря на то, что продукция пчеловодов из Удмуртии (северный мед) относится к высшей категории.

Пермский край считают медовым регионом нашей страны. На территории края расположен охраняемый ландшафтный биологический заказник «Малиновый хутор», где разводится уникальная верхнекамская популяция среднерусских пчел. В крупном хозяйство проводят племенные работы по улучшению среднерусских пчел и выведению новых пород.

Территория Краснодарского края характеризуется выраженной зональностью, что позволяет получать большое количество монофлорных медов, в числе которых акациевые, гречишные, подсолнечниковые, липовые, ежевичные сорта.

Промышленное пчеловодство в Сибири

Преимущества промышленного разведения пчел в этом регионе по достоинству не оценены. Сейчас общее количество пчелосемей уменьшается, но одновременно происходит увеличение размера пасек, по вине возрастающей конкуренции. В условиях Сибири, с продолжительным зимним периодом и возвратным холодом весной, необходима эффективная и простая технология пчеловодства.

За последнее десятилетие усовершенствована и внедрена Кемеровской системы ухода за пчёлами, которая теперь дает возможность обслуживать более 1000 ульев всего двум пчеловодам и производить 30 тонн меда за сезон. Многолетняя практика обнаружила, что выставка ульев ранней весной, несмотря на возможные похолодания, дает возможность пчелам начать сезон на 3–4 недели раньше.

Промышленное пчеловодство в Финляндии

Финляндия наполовину расположенная за Северным полярным кругом лучше стран с мягким климатом по производительности пасек и обеспечению медом (примерно 40 кг меда от семьи за сезон). Медоносная база этой страны однообразна – кипрей, рапс, заросли малины, одуванчик.

Основным медоносом служит рапс, хотя фермеры как сидераты используют подсолнечник, люцерну и фацелию. Третью часть производимого меда изготовители поставляют постоянным покупателям, еще треть перерабатывающим компаниям, остальное – розничным торговцам.

Магазины в Финляндии предлагают потребителю широкий выбор, как местного, так и зарубежного продукта. Но покупатель больше предпочитает финский мед, хотя он стоит дороже.

Промышленное пчеловодство в других странах

Пчеловодство получило широкое развитие в США. В Соединенных Штатах насчитывается около 200 000 пчеловодов-любителей с пасеками более 50 семей. Пасеки размером 50-500 ульев содержат примерно 30 000 хозяйств, крупные пасеки размером более 500 семей – 3 000.

Интересно, что прибыль крупных пасек в Америке складывается на 2/3 из доходов от продажи непосредственно продукции пчел. Остальная треть из доходов идет от опыления полей – для этого пчел сдают в аренду.

Сдача пасеки в аренду значительно повышает уровень дохода. Если пасека используется только для производства меда и других продуктов, то большой рентабельности достичь довольно сложно. При размещении ульев на поле где цветут сельскохозяйственные культуры, пасека дает больше на 20 килограмм продукции на каждую пчелосемью.

Промышленные пасеки США, строго специализированны. На этих предприятиях все сложные работы (к примеру, погрузка и транспортировка ульев, откачка меда) автоматизированы и механизированы. Американские методы пчеловодства позволяют достичь высокой производительности – каждый работник способен обслуживать до 1.5-2 тысячи ульев.

Читайте также:  Болеет ли карп после нереста?

В Канада пчеловодством стали заниматься 250 лет назад. Сначала пчел разводили, используя ульи-сапетки, изготовленные из соломы. В настоящее время в этой стране работают примерно 10 000 пчеловодов, которые содержат 600 000 семей. На промышленных пасеках производят до 33 000 тонн меда, из которых половину поставляют в США. Пасеки в среднем содержат 2 000 ульев, на крупных предприятиях вся работа автоматизирована.

Пчеловоды Канады существенную часть дохода получают при вывозе ульев в сады и на сельскохозяйственные поля для опыления. Готовую продукцию крупных пасек в основном реализуют оптовым торговцам. Канадский мед высоко ценится в мире и стоит дорого.

Развито пчеловодство и в Европе. Например, во Франции официально функционируют примерно 70 000 пасек, они подразделяются на два вида:

  • любительские предприятия, размером до 150 ульев – 97 % всех пчеловодческих хозяйств;
  • 3 % – профессиональные предприятия.

Промышленные пчеловодческие хозяйства продают около половины всего меда страны, каждый сезон – примерно 1600 тонн меда.

Пчеловодство распространено и на островных государствах. В Новой Зеландии примерно 200 тысяч рабочих ульев, которые дают около 6 000 тонн продукции, это около 30 кг меда с каждой семьи. В Новой Зеландии в основном продают мед из эвкалипта, с особым ароматом и небольшой горчинкой, он ценится по своим лечебным свойствам.

Австралия тоже относится к странам, где промышленное пчеловодство получило широкое развитие. За счет особого климата материка, в этой части мира пчелы редко болеют варроатозом, но распространены остальные паразиты и болезни пчел. Мед на 80% эвкалиптовый. В стране введен строгий контроль качества продукции на использование антибиотиков.

Больше о промышленном пчеловодстве в России, Финляндии и других странах можно узнать на ежегодной выставке «Продэкспо».

Как семейная пасека прославилась в России и теперь завоевывает Канаду

Пасека семьи Николаевых существует с 2004 года. Первое время ее основатель Дмитрий Николаев, уроженец Кемеровской области, разводил пчел на досуге. Со временем хобби начало приносить деньги и переросло в небольшой, но весьма успешный бизнес. Уже заключен контракт на поставки меда в Канаду. Сможет ли российский продукт завоевать зарубежный рынок?

«Семейная пасека Николаевых» — победитель в номинации «Интернет-голосование» конкурса «Я бизнесмен — 2015». Видеоролик о бизнесе можно посмотреть по ссылке.

Как мед «Семейной пасеки Николаевых» попал на полки торговых сетей города Анжеро-Судженска? Как удалось создать репутацию добросовестного производителя и превратить покупателей в постоянных клиентов? Как победа в конкурсах «Бизнес-успех» и «Я бизнесмен» повлияла на дальнейшее развитие семейного проекта? Об этом Дмитрий Николаев рассказал «Контур.Журналу».

Поиски идеи для бизнеса

Я родом из Кемеровской области, из города Анжеро-Судженск. В 1998 году окончил местный химико-технологический техникум по специальности «механик промышленного оборудования». А после армии, в 1993 году, поступил в Томский политехнический институт на факультет газосварочного оборудования. Правда, получить диплом о высшем образовании мне все-таки не удалось. Я бросил университет и переехал в Братск, где устроился работать анодчиком на алюминиевом заводе.

Почему я вдруг решил открыть свой бизнес? Причины, наверно, такие же, как и у всех: не то чтобы я не умел работать «на дядю», мне просто хотелось всегда делать все по-своему. Стремление к самореализации и стало в итоге толчком к открытию собственного дела.

Бизнес решил запустить в родном Анжеро-Судженске. Мы с другом зарегистрировали ИП, взяли в аренду деляну, пилили лес, делали мебель. Сферу я выбирал по своим предпочтениям: я люблю лес, мне нравится дерево, запах древесины, к тому же работать в лесу и дышать свежим воздухом приятно.

Лесопереработкой мы занимались около трех лет, до 2004 года. Потом я все передал партнеру, а свое ИП закрыл. Разошлись мы по-хорошему, остались друзьями. К уходу меня отчасти подтолкнуло законодательство: вышел закон о возможности брать лес в долгосрочную аренду — на 20 лет. Такие обязательства было опасно брать на себя, ведь конкурировать с игроками на этом рынке было все-таки сложно. Но это не главная причина. Главная — в том, что я очень много времени проводил в отрыве от семьи. Да, я зарабатывал деньги, но при этом не мог постоянно быть рядом со своей семьей. Я понял, что такая работа не для меня.

С 2004 года я снова пошел работать по найму, устроился командиром отделения в пожарной охране. И так сложилось, что в тот же год я впервые занялся пчелами. Идею мне подкинула мама, однажды она сказала мне: «Дима, может, тебе пчелами заняться? Я слышала, что пчеловоды — люди небедные, а у тебя семья, дети». До этого момента я никогда не думал о том, что могу заниматься пчеловодством, я даже на пасеке ни разу не был.

К этому вопросу я довольно часто возвращался, пчелы мне нравились, поскольку были единственной «сельскохозяйственной» живностью, которая не наносила абсолютно никакого вреда окружающей среде. Свиньи и коровы, например, вытаптывают луга. Навоз, конечно, тоже используют, но эта грязная работа тоже мало кому нравится. Да и как разводить крупный скот, когда в конечном счете его все равно придется убить? Это мне было не по душе. А в пчелах полезно все, и они ничем не вредят.

Пчеловод-любитель

К покупке пасеки я отнесся со всей серьезностью, прочел более 20 книг по пчеловодству. Оказалось, это целая наука. Не зря пчеловоды часто говорят, что они художники своего дела, это на самом деле так.

Весной 2004 года я купил четыре улья, поставил их на даче у родителей. Поначалу ни о каком бизнесе я и не думал: хотел маму успокоить, ну и медку для семьи накачать. А если еще получится что-то продать — тоже хорошо.

Когда я привез улья, мне нужно было в первый раз что-то с ними делать. И я поехал к опытному пчеловоду за советом. Минут пятнадцать я ему рассказывал, что и как собираюсь делать, а он мне в ответ: «Зачем ты ко мне приехал-то? Ты же лучше меня все знаешь!» Я ему говорю: «Понимаете, я не знаю, как рамку из улья вытащить, я ни разу в руках ее не держал!»

Так что первые сложности в моем бизнесе были связаны с отсутствием практики. Да, я много чего прочитал в книжках, но понятия не имел, как это все делается в жизни. Когда мы качали мед в первый раз, по неопытности забыли закрыть краник у центрифуги, в результате чуть ли не половина меда вытекла на пол.

Недавно со мной произошел интересный случай. Я ехал на своей машине с рекламной надписью «Семейная пасека Николаевых». Останавливает меня сотрудник ГИБДД и говорит: «Я вижу, что вы пчеловод. Помогите мне советом. У меня умер дедушка, оставил пасеку, а я не знаю, что с ней делать». В процессе разговора выяснилось, что его дедушка — тот самый пасечник, который когда-то давал мне первые советы по содержанию пчел.

Поначалу я рассматривал пасеку как хобби. Количество пчелосемей у нас довольно долго держалось в пределах 4-8. У меня не было необходимости расти, просто хотелось заниматься этим для души. Когда мы с женой продавали квартиру и покупали дом недалеко от нашего города, то искали именно такой, где можно было бы держать пчел.

Выход на зарубежный рынок

Три года назад многое изменилось. Я познакомился с коллегами-пчеловодами из России и зарубежных стран, узнал из интернета о существовании особой канадской технологии, которая позволяет содержать одновременно 12 000 пчелосемей. У нас в России, от Урала до Дальнего Востока, самая крупная пасека — 1600 пчелосемей, на ней работает множество людей, есть система автоматизации и целый цех по откачке меда. Я подумал: «Здорово! Так я смогу на любимом деле зарабатывать деньги!»

В 2013 году я открыл ИП по пчеловодству. В 2012 году у меня было 20 пчелосемей, в 2013-м — 60, а в 2014-м — уже 120 пчелосемей! Конечно, содержать такое большое количество пчел — непростое занятие. Сейчас мне очень помогают жена и дети. Старшей дочке уже 17 лет, она начинает самостоятельно проводить искусственное осеменение маток. Сыновья всегда со мной — принести, подать, дымарем дымить. Подарил старшим по одному улью, подписал их «Иван» и «Илья». Все, что с этих ульев, — их добыча. Но, конечно, детям нужно ходить в школу, так что требуются взрослые помощники. В этом году у меня официально будут работать еще два человека.

Читайте также:  Как летают утки: умеют ли утки летать?

Сейчас моя пасека стоит на двух арендованных участках: один — 3 га, в лесу, на медосборе, другое место недалеко от дома — 50 соток, где я собираюсь строить зимовник и цех для откачки меда. И в этом году я планирую взять еще землю в сезонную аренду, мне нужно место, куда я буду вывозить пасеку.

На сегодняшний день я один из немногих пчеловодов, которые не испытывают проблем со сбытом. У меня другая проблема — нехватка товара. Поэтому я намерен расширяться дальше. Наш мед хорошо продается. Во многом потому, что нас в городе хорошо знают. Мы дорожим своей репутацией и отвечаем за качество продукции.

Иногда мы что-то делаем себе в убыток. Например, можем специально поехать в город, чтобы отвезти покупателю одну литровую банку стоимостью всего 400 руб. Знакомые пчеловоды говорят, что это невыгодно, что это, по сути, благотворительность. А мы считаем, что такое внимание помогает нам сохранить клиента, который потом порекомендует нас и поможет получить новых покупателей. Мы часто развозим мед клиентам, но многие приезжают к нам за продукцией сами. В этом году, например, мы накачали 5 тонн меда, из них 2 тонны продали на дому.

У нас есть торговая точка на рынке и медовая лавочка в магазине-супермаркете, где продажами занимаются родственники. А после победы в конкурсах «Бизнес-успех» и «Я бизнесмен» наша пасека стала еще более известной. Нам удалось даже заключить договор с несколькими торговыми сетями города. Сейчас мед Николаевых можно купить в 8-9 минимаркетах. Приезжали ко мне продавцы фермерских продуктов на Кузбассе. Мы заключили контракт на поставки меда в Канаду. Там давно живет наш земляк-пчеловод, владеющий крупной пасекой. Он основал фирму по реализации меда и искал поставщиков меда за границей, в результате вышел на меня.

Пока я не совсем доволен оборотами и выручкой. Нам с женой стало однозначно легче, но основные деньги вкладываются в производство. Мы растем и полны оптимизма.

Кроме того, нам с женой хотелось бы, чтобы у нас было больше возможностей для добрых дел. Сейчас можем бабушке какой-нибудь просто так баночку меда подарить, но я мечтаю о большем. Например, хочу сделать детскую площадку в поселке, где мы живем. Для этого надо зарабатывать деньги, так что будем двигаться дальше.

Конечно, хочется, чтобы пчеловодство стало нашим семейным делом. Вот сейчас мой отец радуется, что имя Николаевых стало известно в стране. Хочется, чтобы и я смог радоваться этому благодаря своим детям, которые продолжили бы наше дело.

Человек и пчела: Как Пётр Прокопович построил самую большую пасеку в мире

Незаслуженно забытое изобретение сына священника XIX века

В популярных списках русских изобретений обычно всё перепутано. Половина забыта, а другая приписана россиянам по непонятным причинам. Журналист Тим Скоренко в своей книге «Изобретено в России. История русской изобретательской мысли от Петра I до Николая II» (вышла в издательстве «Альпина нон-фикшн») объяснил, как на самом деле обстояли дела с русской изобретательной мыслью, и развенчал несколько мифов. Очевидно, что Россия никогда не была технологической сверхдержавой, но здесь были впервые созданы сухое молоко, семиструнная гитара, ледокол, парашют и ещё больше 40 интересных вещей. «Секрет» публикует главу о рамочном пчеловодстве, которое создал сын священника Пётр Прокопович — к 1814 году он владел самой большой пасекой в мире.

Рамочный улей — это великое изобретение. Вы скажете: «Да неужели? А автомобиль? А компьютер? А телефон, в конце концов?» Разумеется. Но вы покупаете в магазине свежий мед, добавляете его в чай, намазываете на булку или просто едите прямо из банки благодаря конкретному человеку — Петру Ивановичу Прокоповичу.

Впрочем, нельзя сказать, что это только лишь его заслуга. Улей, как радио и самолёт, — плод одновременного и совместного труда целого ряда выдающихся инженеров и пчеловодов. Собственные конструкции разборных рамочных ульев в разное время создали также поляк Ян Дзержон и американец Лоренц Лорен Лангстрот. Но это было позже.

Жестокое обращение с животными

Пчеловодство появилось ещё в каменном веке. Изначально оно было диким, то есть первобытные люди просто собирали мёд в естественных местах обитания пчёл. Затем стало бортевым, когда для роя в стволе дерева выдалбливалось специальное дупло — борть. В дупла устанавливались так называемые снозы — кресты, позволяющие разместить и укрепить соты. Мед стекал в нижнюю часть дупла, где проделывалось дополнительное отверстие — должея — для удобного сбора продукта. Этот способ был распространен вплоть до Средневековья, когда появились первые пасеки. У борти есть явные недостатки: в каждом дереве дупло не выдолбишь, в целом лесу найдется дай бог несколько подходящих стволов, да к тому же они могли значительно отстоять друг от друга.

Первые пасеки делались колодными. Пчёл содержали в глиняных или деревянных колодах — неразборных ульях. Первые такие ульи выросли из бортей: участки стволов с дуплами просто выпиливали и собирали в одном месте. Независимо от материала и конструкции, неразборные ульи имели один главный недостаток: изнутри они полностью застраивались сотами, и для изъятия меда нужно было уничтожить улей, разрубив его. При этом пчелиная семья погибала, и в новую колоду приходилось заманивать другой рой.

В XIX веке, когда экономика стала играть более значительную роль, нежели в Средние века, перед пчеловодами встала сложная задача: разработать многоразовые ульи, то есть такие, которые не нужно разрушать для извлечения меда, а потом заново строить и заселять каждый сезон. Эту задачу независимо друг от друга решили русский, поляк и американец. Но русский был первым.

Улей Прокоповича

Идея Прокоповича состояла в том, что деревянный улей-ящик делился на два отсека. Отсек для расплода оставался свободным, и пчёлы строили там свои соты как обычно. А вот отсек медосбора представлял собой систему рамок. Любую из них можно было, как выдвижной ящик из стола, извлечь, чтобы собрать с нее мёд, воск и другие полезные продукты, а затем вставить обратно. Остальная часть улья не страдала, и пчёлы заново отстраивали на зачищенной рамке медовые соты.

Эту систему Прокопович разработал в 1814 году. Много лет спустя, в 1838-м, поляк Ян Дзержон придумал улей, позволяющий разместить рамки в обоих отсеках, что давало возможность контролировать пчелиный расплод. Тот же Дзержон сконструировал более совершенный рамочный улей с оптимальным расстоянием между полками-рамками (38 миллиметров) и запатентовал его в 1848-м. Ещё позже, в 1852 году, американец Лоренц Лорен Лангстрот, опираясь на разработку Дзержона, создал модель улья, которая используется повсеместно и сегодня, — это 8 или 10 типовых рамок высотой по 38 мм.

Сложно сказать, был ли Дзержон знаком с ульями системы Прокоповича. Скорее всего, был. В середине XIX века значительная часть российских пчеловодов уже использовали рамочные ульи, в то время как их коллеги в остальном мире по-прежнему пользовались колодами. Дзержон жил в Силезии, которая на тот момент была частью Пруссии, но имела тесные связи с польскими землями, входившими в состав Российской империи. С очень высокой вероятностью можно предположить, что он понял, каким образом можно усовершенствовать улей Прокоповича, во время одной из поездок по «русской Польше». (Если кто-то забыл, я напомню, что с 1795 по 1918 год Польши на карте не существовало, ее земли разобрали окружающие государства.)

Поскольку Дзержон был всемирно известным учёным — не только пчеловодом-практиком, но и биологом, — его работы публиковались на многих языках и читались ведущими пчеловодами мира. Видел их и Лангстрот. К слову, именно Дзержон открыл партеногенез (рождение трутней из неоплодотворенных яиц) у пчёл и существование маточного молочка.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector