Охота с русскими борзыми собаками - Kotemotel.ru

Охота с русскими борзыми собаками

Охота с русскими борзыми собаками

Русская псовая борзая сформировалась в средней полосе России, к концу XVIII — началу XIX века уже существовали собаки, близкие к современному типу псовых, хотя и отличающиеся некоторыми чертами сложения. Более ранние сообщения весьма противоречивы, скорее всего в них описываются те допородные формы, смешение которых и дало современный тип этих собак.

Первое упоминание об охоте с борзыми на Руси нередко относят к XII веку, территориальное распространение — в основном юго-восточные степные районы современной России.

На формирование русской псовой борзой наряду с азиатскими вислоухими борзыми оказали влияние лайкообразные собаки. В княжеских дворах на Руси существовали так называемые лошие собаки, представлявшие собой нечто вроде крупных лаек. Многолетние скрещивания этих лайкообразных собак с татарскими борзыми с соответствующим отбором дали различные формы собак, из которых создавалась не только современная русская псовая, но и русские гончие.

В начале XVII века появились записи об охоте с бор­зыми из-под гончих собак — гончие выгоняли зверя из леса на поляны, дороги, а борзые ловили его молниеносным броском. В послепетровские времена охота с борзыми становится развлечением дворян, помещиков. Появляется множество «охот» – так назы­вались псарни, где содержались борзые и гончие, охотились на зайца, лисицу, но особенно увлекались охотой на волка, причем собак, отличающихся в работе по волку, стремились разводить отдельно, поддерживая злобу и страсть к хищнику. Каждая «охота» вела свою породу замкнуто, что привело к появлению многочисленных подтипов и разновидностей охотничьих борзых. Впоследствии появляются так называемые фамильные породы, называемые по фамилии заводчиков, как правило, представителей крупной аристократии. Одна из круп­нейших комплектных «охот» принадлежала графу Алексею Григорьевичу Орлову, крупными «охотами» владели князь П.В. Лопухин, граф П.И. Панин, граф П.А. Зубов, П.М. Ермолов.

В первой половине XIX века, в связи с Кавказской и Польской войнами, вновь началось подмешивание к псо­вой борзой привозимых с юга горских, крымских и с за­пада гладкошерстных борзых (хортые бор­зые). Это были собаки, обладающие большой резвостью и выносливостью на больших дистанциях. В результате об­разовались две разновидности борзых: густопсовая и псо­вая, они различались не только густотой шерсти, но и некоторыми особенностями экстерьера.

С отменой крепостного права в России, когда владельцы больших «охот» лишились крестьянских псарей, количество псарен резко сократилось. Путем обмена производителями происходило смешение «подтипов» и стиралось деление на густопсовых и псовых. Очень скоро исчезли эти разновидности слились в единую породу — русскую псовую борзую.

В 1873 г. в Москве по инициативе графа Шереметьева было организовано «Императорское общество размножения промысловых и охотничьих животных и правильной охоты». Оно объединяло и владельцев борзых. Стали орга­низовываться встречи, выставки, показы работ собак на злобу, то есть по волку. Два десятилетия – с 1870 по 1890 г. можно назвать периодом становления русской псо­вой борзой. Собаки тогда носили названия своих завод­чиков: озеровские, болдаревские, челищевские, сумаро-ковские, гейеровские, бибиковские, першинские. Борзые, в основном, отличались окрасом и незначительно – ли­ниями головы.

В 1887 г. в селе Першино Тульской губернии Великим князем Николаем Николаевичем был организован «завод» борзых собак — Першинский завод. Борзые этой псарни славились как экстерьером, так и рабочими качествами, и именно в этот период появились собаки сопоставимые с современными русскими псовыми борзыми. В это же время, с конца XIX века, борзых регулярно экспортируют в Европу и США.

В начале XX века интерес к породе стал слабеть, осо­бенно резко упал после создания Думой закона об охоте, по которому владелец небольшого количества земли не имел права охотиться с борзыми. Перед революцией большинство «охот» было продано, а лучших собак владельцы увезли в эмиграцию. Революция, гражданская война и последующая за ней общая разруха свели породу борзых до минимума. В 1936 г. любителей борзых объе­динили в клубе при Комитете физкультуры и спорта. Количество русских борзых в стране начало увеличиваться, но грянула Великая Отечественная война, которая вновь практически полностью уничтожила поголовье борзых.

После Великой Отечественной войны с завозом из-за рубежа началось численное и качественное восстановле­ние борзых. Одновременно с совершенствованием эксте­рьера выявлялись охотничьи качества, возрастал интерес к породе и спрос на щенков. Все большее число охотни­ков – жителей сельской местности, просили борзых хо­рошего экстерьера для охоты и разведения. После войны было много промыслового зверя: заяц, лисица, волки, в южных областях – шакалы. В разное время собаки завозились из ГДР, Чехословакии, Финляндии.

Атаман Озерова (11.04.1892 — 14.07.1904)

Злоба русской псовой борзой

Злоба русской псовой борзой — это смелость и готовность к борьбе с хищным зверем. В прежнее время от псовой борзой требовалась очень сильная и грозная злоба для работы по волку. На другие породы в европейской части России это требование не распространялось, так как считалось, что ни хортая, ни крымская и горская борзые (нынешняя южнорусская вислоухая) для охоты на волка не пригодны. Современная злоба русской псовой борзой значительно скромнее, и запросы охотников очень умеренны. Теперь злоба считается достаточной, если борзая (любой российской породы) хорошо берет лисицу.

Злоба русской псовой борзой

Работа по волку если и бывает теперь, то это случайность. Отдельные собаки русской псовой породы, оказавшись в необходимости как-то противостоять волку, вступают в борьбу с ним и даже небезуспешно, но такие случаи более чем редки, и опираться на них, видеть в них возврат былой злобы и беззаветной отваги былых героев псовых охот не следует.

Между тем, отдельные любители борзых выступают за возрождение охоты с русскими борзыми на волков, вовсе не считаясь с реальностью и не думая о том, как же практически исполнить замысел столь сложный. Злоба к волку тогда была настоящим, могучим качеством русской псовой борзой, когда она была присуща всей породе. И ныне злоба могла бы возродиться, если бы работа над этим возрождением была предпринята во всей породе. Псовая борзая теперь разбросана небольшими группами по множеству областей и городов. А ведь говорится «что город — то норов»: где-то борзятники захотят биться над этим делом, где-то не захотят.

Возродить борзую, злобную к волку, если это было бы необходимо, а значит, и должно, сумели бы советские охотники. Однако нужды в охоте с борзой на волка нет, так как кроме старых надежных способов облавами с применением привады и флажков и других, теперь появились новые, куда более эффективные: с самолета и вертолета, с аэросаней, на вабу. Ну, а если все же заняться обратным привитием злобы целой породе, то нельзя упускать из виду, каких больших денежных затрат это будет стоить.

Приведу пример прежней очень сильной злобы псовой борзой к волку. На садках на злобу 28 октября 1890 г. в Петербурге работала пара русских псовых борзых С. М. Медведева — Любезный и Вихра (обе — собак С. С. Кареева). Когда вели собак, то один из борзятников придерживал Любезного за зад. Причина этого была в том, что Любезный слишком хорошо знал садочную обстановку и, завидев ящик с волком, так тянулся, что хрипел. Чтобы он не задохнулся, борзятник и сдерживал его за зад и не давал рваться вперед.

Волк, посаженный своре Медведева, пошел с места хорошими ногами. Первой подобралась к нему Вихра и подернула его, а спевший сзади Любезный сразу поместился в шиворот и очень эффектно приподнял волка кверху; взяла и сука, но как только навалился охотник, она оторвалась; зато с Любезным пришлось повозиться долго, пока удалось оторвать его от волка… На следующий день Любезный был пущен в одиночку.

Вывели его так же торжественно, как накануне: один борзятник вел на сворке, а другой удерживал за зад… К посаженному волку Любезный спел хорошими ногами. Живо подобравшись к нему, положил зверя, но не удержал (что, конечно, всегда может случиться). Вторично взял по месту и по обыкновению, приподняв волка, стал трепать. Волк был принят. И, конечно, Любезный с трудом расстался со своей добычей.

Вот такие неудержимые в своей злобе к зверю борзые и считались настоящими злобачами. Современные борзые, десятки поколений которых не работали по волку, не смеют броситься на него.

В октябре 1962 г. на съемках фильма «Война и мир», где я был консультантом по псовой охоте, были попытки заснять эпизод схватки собак Николая Ростова с волком. Мне удалось предварительно проверить по волку всех тридцать борзых, участвовавших в съемках (почти все московские). Но хотя волк был прибылой, да еще и соструненный , ни одна собака не притронулась к зверю. Все бросались догонять еле бежавшего волчонка (ахиллесово сухожилие одной из его задних ног было перетянуто ремешком).

Но лишь борзая приближалась к волку, тормозила свою скачку, поворачивала на 180° и, приподняв правило, бежала к владельцу. По желанию хозяев собаки пускались на волка и поодиночке, и парами, а к паре подбрасывали другую — ничто не помогало.

А лет 45 назад мне еще пришлось видеть проявление настоящей злобы псовой борзой. В 1939 г. группа московских любителей попыталась проверить работу псовых борзых по волку на территории усадьбы Завидовского охотхозяйства Центрального совета Всеармейского военно-охотничьего общества, которое имело там в клетке двух матерых зверей — волка и волчицу. Всего собралось четыре московских владельца борзых — три со сворами по три собаки и один (точнее, одна — Вера Константиновна Амелунг) — с двумя кобелями. В качестве руководителя и консультанта был приглашен В. С. Мамонтов, судья Всесоюзной категории, имевший до революции комплектную псовую охоту. Приглашен был и я в качестве помощника Всеволода Саввича. Приемщиком был В. В. Красов, бывший борзятник мамонтовской охоты, работавший тогда доезжачим стаи гончих ЦС В BOO.

Читайте также:  Как помочь собаке при отравлении?

Решили сначала, что надо пускать борзых на волчицу, так как она послабее и смирная. Самец-то был не только крупный и сильный, но еще и страшно злобный. Когда кто-нибудь из нас подходил к клетке, волк бросался на сетку (она была из очень толстой проволоки) и вся клетка ходила ходуном. Мне думалось, ну что тут можно сделать? А Красов вошел в клетку через заднюю дверь.

Оба волка отпрянули в дальний угол клетки. Красов стал подходить к волчице, рассчитывая «по-борзятнически» упасть на нее, быстро, сострунить, а затем связать ей ноги. Но стоило только Красову приблизиться кней, матерый понял замысел человека и бросился на защиту волчицы. Оскалясь и рыча, он стал между ней и Красовым, готовый кинуться на человека. После нескольких попыток Красов заявил:

— Всеволод Саввич, разрешите его взять, а ее он никак не даст.

— Бери его, если можешь, — отвечал Мамонтов.

Красов попросил помочь ему; надо было жердью, пропустив ее между станинами решетки, загнать материка в угол.

— Вы только позабавьте его, — просил Красов меня и Лмелунг. Ну, мы и зажали волка в угол, действуя жердью из-под низа, чтобы не мешать Красову подходить к зверю.

Все произошло мгновенно. Человек упал на волка, сбив его с ног и схватив за уши.

— Войдите скорей, подайте струнку, — попросил Красов. Мы с Амелунг вскочили в клетку, подали струнку, и Красов сразу сунул ее поперек волчьей пасти.

Дальше было просто. Он обмотал и обвязал морду волка ремнем. Мы помогли ему связать попарно ноги.

Я рассказываю здесь о работе Красова, чтобы дать понятие, какой смелостью и каким искусством должны были обладать настоящие борзятники при взятии волка. Не все были такие мастера, как Красов, но все дело знали.

Затем волку перетянули на задней ноге сухожилье над скакательным суставом и оставили длинный ремень, чтобы задержать зверя, если борзые не возьмут его. Положили материка на телегу и вывез.!и в поле. Там пускали его поочередно всем сворам и паре.

Три своры действовали, как одна. Каждая поначалу бросалась догонять, но едва приспев к волку и почуяв, чем пахнет, все резко задерживали скачку, поворачивали назад и бежали к владельцам, не без гордости приподняв правила.

И только два совсем некрупных кобеля В. К. Амелунг отважно работали по старому волку, в сравнении с которым они казались мелкими, слабыми. Правда, Карай хватал только за гачи, но крепко хватал! А серый первоосенник Рогдай — подчеркну, еле вышедший из щенячьего возраста, — брал лишь по месту и, влепившись как пиявка, волочился за старавшимся уйти волком. Удержать-то был не в силах — один да такого! А ведь сам-то едва еще вступил во второй год жизни! Вот это и была та беззаветная, страстная злоба к зверю, какую рад бы видеть у своих борзых любой охотник-волчатник былых времен.

И не только в 1939 г., но и в 40-х, и начале 50-х годов я видел русских псовых, сохранивших старую злобу и отвагу — единицы! В послевоенные 40-е и в начале 50-х годов удалось организовать проверку борзых саратовских питомников по волку. Впервые пробуя это дело в 1946 г., не приходилось думать о настоящих садках, ибо свободно пущенный зверь мог уйти от собак, и, пожалуй, не удалось бы его поймать в степи и вернуть в клетку.

На первых садках волк пускался соструненным и с перевязанным сухожилием задней ноги. От этого узла за волком волочилась свора длиной метров семь. Волк, хотя и переярок, был не крупней октябрьского прибылого. А из всех собак двух питомников хорошо брал зверя Коротай (питомник Заготживсырья), да еще хватали более или менее удовлетворительно собаки три-четыре.

Все же первый опыт показал, что в питомниках есть борзые, способные по крайней мере задержать волка. Поэтому в 1947 г. пускали волка (крупного прибылого) несоструненным и без перетяжки сухожилия, а только с ошейником, за которым тащилась веревка длиной метров пять. Это была известная страховка на случай, если приемщику придется брать волка, не взятого собаками. И вот тут показал настоящую работу Кинжал (питомник Заготживсырья), сбивший зверя с ног, поместившийся в глотку и плотно державший его до приемщика. Недурно работал еще Азарт — первоосенник питомника Облпотребсоюза. Коротай, прошлогодний победитель, брал волка неудачно, но не отстал даже тогда, когда волк дал ему хватку. На последующих садках отлично показал себя блесткий по экстерьеру Грозный, внук вывезенной из Германии Фемины. Недурно работали и еще несколько собак, но тут не было надежности.

А что злоба к зверю, так сказать, скрытая, потенциальная живет в русской псовой породе, может подтвердить и такой случай. Мне сообщил о нем охотник 10. А. Ансеев из г. Прилуки Черниговской области, уроженец Порсцкого района Чувашии (бывш. Алатырский уезд Симбирской губернии). Места эти прилегают к бывшим владениям знаменитого в свое время псового охотника П. М. Мачеварианова.

По словам Ю. А. Ансеева, много русских псовых борзых с мачевариановской псарни после помещика попали к жителям окрестных селений. И охота с борзой, прежде недоступная крестьянам, распространилась в Чувашии среди сельских жителей. Борзых здесь стало много. Во время поездки па родину Ю. А. Ансееву довелось узнать о ярком проявлении злобы далекими потомками мачевариановских псовых.

Местный колхозный пастух, горячий охотник, имеющий пару борзых, отправился на охоту полями своей деревни, взяв с собой вопреки обыкновению ружье. Долго не мог он поднять ни зайца, ни лисицы и повернул обратно домой, идя, конечно, другим путем.

Когда он шел полем между рекой Сурой и довольно большим по площади лесом (Анастасовской рощей), то заметил в опушке, в негустом лиственном насаждении какое-то движение. Ему показалось, что бежит там что-то рыжее — ага, лиса! (А кто же еще мог быть там?).

Борзятник поднял перед суки (она была у него главной работницей) вровень со своим плечом и стал показывать ей зверя. Она тихонько заскулила, значит, пометила. Охотник опустил ее наземь. Она резво поскалала к зверю, за ней помчался и кобель.

Очень быстро собаки настигли зверя и бросились на него. За дальностью расстояния охотник так и не мог разглядеть зверя; да и чего разглядывать — ясное дело лиса!

Но что же это? Собаки никак не могут справиться со зверем! А ведь с лисой у них расчет мгновенный. Зверь-то, должно быть, никакая не лисица! И охотник со всех ног побежал к схватке. И вот увидел он: шерсть летит, кругом набрызгано кровью! Грызня, рычанье, рев! Но борзым никак не растянуть зверя!

Набежав вплотную, охотник понял: да это же рысь, и крупная! Схватил он с плеча ружье и, уловив момент, как бы не попасть в собаку, одним выстрелом прикончил зверя (это был крупный, матерый кот). У суки оказалось распоротым брюхо, видны были кишки; и еще было несколько больших и малых ран. Кобеля зверь тоже сильно изранил, но он еще мог идти самостоятельно. Суку пришлось охотнику нести на руках. Нелегкое дело нести такую большую собаку — и весит она немало, и, главное уж очень неудобно. Все же человек донес свою трудную, но дорогую ношу. В деревне он сразу же взял колхозную лошадь и на ней отвез собак в районный центр — село Порецкое. Ветеринарный врач тотчас сделал им необходимые операции и перевязки, и немало дней пришлось ему лечить собак. Обе собаки поправились и снова стали работать на охоте.

Эта борьба со страшным зверем, вооруженным не только сильными и острыми зубами, но еще и длинными, мощными когтями, бесспорно, свидетельствует о незаурядной злобе борзых. Израненные, истекающие кровью, они готовы были насмерть биться с противником, пожалуй, не менее опасным, чем крупный волк. У этих борзых сохранилась и знаменитая злоба к зверю их славных предков, и беззаветная отвага. Встреча с рысью, зверем больших и глухих лесов, конечно, редчайший случай и не может служить основанием для утверждений о необходимости восстановления всех былых качеств русской псовой борзой и об охоте с ней на волков (говоря о породе в целом).

Другое дело — злоба к волку при добыче его с тазами и тайганами. Эти породы всегда работали по волку (правда, больше с беркутом), и снимать с них эту обязанность не следует. Наоборот, нужно бы ради укрепления ценного качества устраивать испытания по подсадному зверю (садки) и организовывать, даже строить, огороженные площадки для таких садок. Приходится указать, что правила таких садок, предложенные в 1980 г., годны лишь для псовых борзых, а для среднеазиатских нужны другие с учетом совсем иных приемов работы по волку тазы и тайгана.

Русская борзая собака

Осенним утром псовая охота,
Борзые стелят, доезжачих крик.
Густой туман спустился на болота,
Где ждут своих тетерок глухари…

Эти слова из «Романса генерала Чарноты» (А. Розенбаум) воплощают тоску русской аристократии по утраченному прошлому. И, как видите, охота с русскими псовыми борзыми тут показана символом этой самой жизни русского дворянства.

История происхождения

В те времена каждый уважающий себя аристократ считал своим долгом держать свору борзых, а охота была любимым времяпрепровождением русской знати. В каждом имении содержались собаки своего стандарта, а единообразие в породе было установлено аж в 1888 году. В те времена русская псовая борзая уже гремела на весь мир, благодаря своей красоте, скорости и рабочим качествам.

Читайте также:  Лимфаденит у собак

Порода едва не умерла на пике своего расцвета — после Октябрьской революции новая власть сочла этих собак символом «загнивающей аристократии». Тогда удалось вывезти за границу лишь с десяток русских борзых и таким образом сохранить этих легендарных собак.

Описание породы

Это самая крупная борзая и одна из самых высоких собак из ныне существующих — рост кобелей в холке достигает 85 см, сук — 78 см.

Голова клиновидная, из-за богатого меха на теле кажется маленькой, морда узкая и длинная, как у всех борзых, глаза довольно крупные с внимательным доброжелательным взглядом, мочка носа черная. Уши небольшие, висячие, плотно прижатые к голове и потому не очень заметны в принципе. Грудная клетка глубокая и узкая, лапы довольно тонкие и очень высокие, спина немного изогнута, живот подтянут, хвост низко опущен, загнут на конце. В целом, в профиль собака кажется намного крупнее, чем в анфас. Шерсть богатая, волнистая, нежная на ощупь. Окрасы допускаются разнообразные: пегие любых цветов (рыже-пегий, черно-пегий, серо-пегий), половый (отметины цвета сжатой пшеницы — половы), муругий (общий тон ярко-рыжий при наличии черных остевых волос), серый, трехцветный, белый.

Борзые обладают очень хорошим чутьем и неплохим для собак зрением. В беге им нет равных — на коротких дистанциях они развивают скорость до 90 км/ч. В спокойном же состоянии они передвигаются плавной пружинистой рысью, словно даже не касаясь лапами земли.

Фотографии

Характер

Русская псовая борзая — дружелюбная спокойная собака, однако все ее повадки, темперамент и поведением веками формировались исключительно для охоты. Поэтому собаки очень возбуждаются при виде зверя или того, что они приняли за дичь: например, котов. Поэтому на прогулках нужно быть очень внимательными.

Будучи изначально собакой аристократов, русская борзая и сама держится с невероятным достоинством. Она никогда не будет заискивать, пресмыкаться или бояться. К чужим относится с королевской снисходительностью, агрессии не проявляет, но и радостно скакать вокруг гостей вряд ли будет.

Как все охотничьи собаки, русская борзая очень независима в суждениях, сама умеет выстроить тактику поведения и будет ей следовать. При этом утонченность этих собачьих аристократов выражается не только во внешности, но и в душевной организации — они очень чувствительны и ранимы. Собаки этой породы тяжело переживают любые обиды и могут даже заболеть, если считают, что с ними поступили несправедливо.

Уход и содержание

Самое главное, что должен понимать человек, решивший завести себе русскую псовую борзую, это то, что данная собака — охотник до мозга костей и на роль комнатного питомца она не подойдет. Без возможности бегать за дичью по пересеченной местности русская борзая чахнет и болеет и может даже стать нервной и агрессивной. Поэтому всегда стоит помнить не только о прогулках в парке, но и о том, что собаку необходимо спускать с поводка (конечно, подальше от людных мест, где-нибудь на природе) и давать ей возможность бегать столько, сколько ей нужно.

Густую и красивую шерсть, гордость русской борзой, нужно время от времени вычесывать, а вот мыть собаку часто не потребуется — представители этой породы очень чистоплотны. Ну, и стоит помнить, что при всей недоверчивости к чужим, на роль цепного сторожа русская борзая категорически не подходит.

С другими домашними животными и маленькими детьми эта собака уживается достаточно сложно.

Обучение и дрессировка

В виду того, что русские псовые борзые на охоте сами решают, какую стратегию преследования зверя им выстраивать, собаки этой породы достаточно сложно поддаются дрессировке. Обладая живым умом и тактическим мышлением, эти аристократы не особенно желают подчиняться кому бы то ни было. Так что занятия со щенком нужно начинать с самого раннего возраста и запастись для этого терпением.

Конечно, нет смысла задаваться целью вырастить из борзой служебную собаку, которая принесет вам тапочки и задержит нарушителя на границе, но необходимым командам ее выучить придется. Самое главное для хозяина — стать для своего лохматого друга лидером, иначе потом борзая станет неуправляемой, а при ее габаритах это может составить серьезную проблему. Нет, она не станет кидаться на людей, но, если в ней проснется инстинкт преследователя, вы ее вряд ли удержите. Так что позаботиться о том, чтобы поставить себя на место вожака стаи, придется как можно раньше.

Здоровье и болезни

Как и у спортсменов-бегунов, одной из главных проблем русских борзых являются ноги и вообще суставы. Нередки случаи растяжений и даже вывихов. А из-за своеобразного строения тела у них нередки проблемы с кишечником (вплоть до заворота кишок). Также среди этих собак много аллергиков.

Поэтому, выбирая щенка, стоит разузнать у заводчиков, какие болезни перенесли его родители, чтобы приблизительно понимать, к чему быть готовым (склонности к тем или иным заболеваниям часто передаются по наследству).

В остальном назвать русскую псовую борзую чрезвычайно болезненной породой нельзя.

О русской псовой борзой рассказывает Елена Балакирева, заводчица питомника «Лунная Радуга» (г. Москва): «Характерной черной этих собак прежде всего можно назвать интеллигентность. Она проявляется во всех их манерах: как они ходят, сидят, принимают пищу и, главное, как себя ведут. Они ничего не портят в квартире, на улице это сама скромность, они не тянут поводок. Это собака, которая лает крайне редко и всегда по какому-то важному поводу.

Русские борзые никогда не проявляют навязчивость. Вы можете не бояться споткнуться об эту собаку в коридоре, она никогда не станет требовать к себе внимания — дома ее не видно и не слышно.

Однако, если даже собака поладила с вашим котом, это еще не гарантирует того, что на улице она не погонится за убегающей кошкой и даже другой собакой, посчитав ее дичью. Поэтому от таких вещей борзых необходимо отучать.

То, что этой породе необходимо пробегать по много километров каждый день — не более чем предрассудок. Я бы сказала, что это самая ленивая из известных мне пород. Эти собаки могут спать чуть ли не сутками напролет, просыпаясь только для еды и прогулок. Однако пару раз в неделю им необходимо давать возможность хорошо побегать в поле, где эта собака совершенно счастлива».

Охота с русскими борзыми собаками

Государственный племенной питомник охотничьих собак

отечественных пород русская псовая борзая

«Псовая охота»

О сайте Наши питомцы Наши услуги Книжная полка Форум Контакты Карта сайта

Главная
О Питомнике
Породы борзых

Соревнования:
— календарь
— результаты
Фоторепортажи
Охотничий словарь
Испытания борзых
Охота с борзыми
Скорая помощь

Охота с борзыми.

Островная езда , когда стая гончих выгоняла из острова (леса) в поля зверя и выставляла его под борзых, теперь практикуется мало. Основным видом охоты с борзой является способ, соответствующий прежней охоте в наездку, с той разницей, что теперь борзятники реже ездят на конях, а больше ходят пешком. Верхом охотятся работники конезаводов, военные охотники, а также в некоторых местностях и колхозники, заключившие договоры на сдачу пушнины и получающие в колхозе верховых лошадей.

Время охоты в большинстве областей непродолжительно — ноябрь, декабрь. В более ранние сроки охота запрещена, позже прекращают ее глубокие снега.

По условиям грунта охота с борзыми подразделяется на: а) охоту по чернотропу и б) охоту по пороше; при этом в более северных областях в иные годы охоты по чернотропу может и не быть, так как разрешение добывать лисицу или русака нередко совпадает с появлением снегового покрова.

Самая охота производится следующим образом. Борзятник (или два-три охотника) объезжает или обходит поля и степные целины, где держится и ложится на день зверь. Учитывается, конечно, и характер местности, которая должна допускать как скачку собак и лошадей при травле, так и наблюдение за всем ее ходом.

Охотники и их собаки проверяют лощинки, межи, бурьяны и другие излюбленные зверем места. Слыша приближение людей и собак, зверь вскакивает, и с этого момента начинается травля. Объектами охоты в европейских областях являются почти исключительно лисица и заяц-русак.

Лисица — наиболее интересный зверь не только по ценности шкуры, но, главное, и по красоте самой ловли, по увлекательности борьбы между увертливым зверем и резвой и ловкой собакой. Поимка лисы ярче, эффектнее, чем русака. Лиса не уводит борзую из поля зрения борзятника, что обычно случается при травле русака.

Если лисица поднялась в меру, не далее 70— 80 м, то расчет с ней короткий и хорошие борзые не отпустят ее далее 200—300 м. Но бывает, что лисица вскочит далеко или борзятник заметит мышкующего зверя метров за пятьсот, а то и далее. В этом случае охотник, рассчитав ход зверя, спешит скрытно пересечь его путь, чтобы по возможности приблизиться и показать зверя собакам на недальней дистанции.

Если же местность не допускает скрытного движения, то конный борзятник берет самую надежную из своих собак на седло и оттуда показывает ей лисицу, а пеший поднимает ее как можно выше перед собаками, чтобы ей видно было поле через заросли бурьяна и другие мелкие препятствия.
Запомнив направление, где замечен зверь, борзая делает длинную доскачку, не видя его; другие собаки скачут первое время по ней. Когда расстояние сократится и лисица окажется на виду, борзые наддают до полной резвости. Заметившая опасность лиса также пускается во все ноги.
Такая травля требует от собаки выдающейся зоркости, мастерства и силы и была недоступна прежним борзым. Успех ее и теперь не обеспечен, а зато велико удовлетворение борзятника, когда он видит, что собаки достали дальнего зверя, начали бить его на угонках и, наконец, заловили.

Большую пользу здесь, как и вообще при нашей охоте с борзыми, приносит хороший полевой бинокль.

Встречаются борзые, которые по породе мастерски используют свой светлый окрас и умеют приблизиться к мышкующей лисице, замеченной ими хоть за километр. Пока лисица, увлеченная охотой, прыгает и роется в снегу, ловя мышь, борзая скачет к ней. Как только лисица остановится, осматриваясь, борзая ложится. Так продолжается, пока собака не -окажется близко от зверя; тогда она уже открыто бросается к лисе и быстро ловит ее.

Добыча русака производится попутно с охотой по красному зверю. Русак, особенно матерый, требует от собак исключительной резвости, вот почему много борзых неплохо ловят лису, но редко достигают русака. Не мало среди «промысловых» борзых и таких, которые, не осиливая русака накоротке, берут его измором и ловят после упорной скачки на расстоянии 2—3 и более километров. Русак долго ведет за собой таких собак, как на буксире, и они не в состоянии броском преодолеть остающийся до зверя просвет 15—20 м. Но силы зайца иссякают, и тогда, после каких-нибудь двух-трех угонок, заяц бывает пойман.

Волк в современных условиях добывается с борзыми лишь случайно.
Только в Саратовской области известна бригада борзятников, систематически работающая по истреблению волков.

Охота производится по неглубокому снегу. Охотники с борзыми едут в нескольких санях и, заметив в степи волков на лёжке, стараются объехать их с разных сторон и по возможности приблизиться. Уходя от борзых, пущенных с одних саней, волк встречается со сворой, сброшенной другими охотниками, — и ходу ему нет.

Местные собаки не имеют той злобы и мертвой хватки, которой отличалась кровная псовая борзая. Поэтому задача саратовских борзых состоит лишь в том, чтобы короткими хватками сбивать зверя и не давать ему хода, пока подоспевшие борзятники не убьют его из ружей.
Описанные охоты относятся преимущественно к областям европейской части России. В Казахстане и среднеазиатских республиках охота с тазыми имеет примерно тот же характер в наездку, но производится почти исключительно верхом.

Объектов у тазы гораздо больше. Это лисица, корсак, заяц, барсук, сурок, волк (крайне редко), а также копытные — джейраны и др. Применяется тазы и при охоте на кабана как гончая.

..//. —>

Наши питомцы
Русская псовая борзая

П орода длинношерстных охотничьих собак.

Известна с 13 века. В начале 18 века большое влияние на формирование экстерьера русской псовой борзой оказала кровь завезенных с запада Европы английских борзых и ирландских волкодавов, а также вислоухих восточных, крымских, кавказских и других борзых. Отсюда такое разнообразие типов этой породы. В 20-х годах прошлого столетия в России, почти каждый состоятельный помещик держал сотнями борзых и гончих. Это привело к тому, что в различных губерниях у наиболее известных владельцев сформировались свои типы псовых борзых, которые имели характерные отличительные внешние признаки и назывались по фамилиям владельцев.

Русские псовые борзые на охоте

У входа на их территорию охотничьего хозяйства меня встретили абсолютно белые русские псовые борзые, которые отнеслись ко мне, как к самому близкому родственнику. Будто знали меня много лет. Тщательно обнюхали мои карманы, но, видимо, ничего хорошего по запаху там не обнаружили. Тогда их заинтересовала фотосумка. Но, ознакомившись с запахами ее содержания, они потеряли ко мне интерес. Опять стали носиться друг за другом по двору. Трое из них были ростом мне по локоть. Они, казалось, даже не бега-ли по пушистому снегу, а как бы летели над ним, настолько длинны и грациозны были их прыжки.

Оказалось, что все трое русских борзых — родственники. Мать и два сына. По-тому так и похожи друг на друга. Мать зовут Андромаха. Ей восемь лет. Двух сыновей — Рюрик и Радзивил. Им по четыре с половиной года. Даже отсняв целую серию фото их беготни, я не мог отличить их друг от друга. Только знал, где мать, поскольку она, когда мы зашли в помещение, развалилась прямо под моими ногами, закрыв глаза, но, иногда прислушиваясь, о чем это мы говорим столько часов подряд c заводчиками. А говорили мы о них и об их древней породе, которая корнями уходит в глубь веков.

Как создавалась порода

Всю жизнь я охотился с гончими, с борзыми встречался всего несколько раз. По-этому перед нашей встречей почитал литературу о них. Сам по одному из образований историк, я словно опять окунулся в далекое прошлое. История борзых оказалась настолько богатой, что только для ознакомления с ней пришлось потратить не мало вечеров. Вот, например, какие исторические личности связаны с ней. Великий киевский князь Ярослав Мудрый, царь Иоанн Грозный, датский король Христиан II, французские монархи — Карл Великий, Франциск I, Генрих IV — всех венценосных любителей борзовой охоты просто не перечислишь.

Но нас в данном случае интересует история русских псовых борзых. Она, к сожалению, до конца не выяснена. Одни считают, что началась она чуть ли не в ХI веке, другие датируют появление именно русских борзых гораздо поздним временем.

Дело в том, что у славян не было и не могло быть борзых в настоящем смысле этого слова, считают они, потому, что сама местность, населяемая славянами, была тогда покрыта дремучими лесами. А охотиться с борзыми в таких лесах просто невозможно. Нигде не встречается ни одного описания подобной травли и прилагательное «борзый» применялось до ХI столетия только для обозначения быстроты и резвости коней. У киевских и новгородских князей, по мнению многих историков, могли быть лишь ловчие собаки, которые отличались не столько быстротою, сколько силой и злобностью. Борзых же князьям и их дружинникам заменяли быстрые ловчие птицы — соколы, ястребы и беркуты, которые были способны быстро взять зайца, лису или даже волка. Вот этот способ охоты часто упоминается в летописях.

С ХVI века летописцы уже не говорят о ловах и ловчих, а о псарях, псовой охоте, охоте с собаками. Хотя псовая охота на татарский манер существовала еще до Ва-силия III (отца Ивана Грозного), который был страстным любителем травли борзыми и даже смертельно заболел на охоте в 1533 году.

Историк Герберштейн в своих записках о Московии обстоятельно описывает великокняжеские охоты с борзыми. В общих чертах охота проводилась так же, как и сейчас. Пушного зверя выгоняли из леса с помощью крупных мордашей и гончих собак, которые при этом громко лаяли. На поле уже начиналась травля зайца или лисы собаками с пушистыми ушами и хвостами. Их спускали со свор стоявшие на опушке всадники. Эти собаки не были способными к долгой гонке, но были очень быстры и злы. Это восточные вислоухие борзые, имевшие длинную шерсть только на ушах и правиле, то есть курдские борзые.

Лишь во второй половине ХV1 века начинается вывод новой — русской — породы. Курдские борзые, привезенные из достаточно теплых стран татарами, не соответствовали прохладному климату России и условиям «выжидательной» охоты. К концу ХVI века у ярославских и костромских дворян выработалась новая порода борзых с длинной шерстью по всему телу, гривой на шее и стоячими или полустоячими ушами. С течением времени у большинства борзых, как у породы, не имеющей необходимости постоянно напрягать слух и мускулы ушей, концы их стали постепенно загибаться назад, они оказались прижатыми к затылку. Уши слегка приподнимались только в минуты возбуждения.

Словом, генеалогия русских борзых достаточно сильно запутана. При становлении этой породы сыграла большую роль, например, кровь волка, так называемой северной собаки, некоторых видов лаек. Порода создавалась то сознательно, то случай-но многими десятилетиями и даже столетиями. Вплоть до настоящего времени. Огромную роль в истории русских борзых сыграли многие исторические события. Например, революции и войны. Даже такое событие, как отмена крепостного права, не-гативно повлияло на распространение породы. Но об этом мы подробнее поговорим в следующий раз.

Охота без ружья с собаками

Как охотятся с борзыми многие охотники немного представляют. Чисто теоретически. На практике все гораздо сложнее. Обычно на псовую охоту выезжают несколько человек. Во-первых, охота — это не только добыча зверя, но и общение. Во-вторых, эффективность, а, главное, зрелищность ее значительно возрастают. Поскольку борзые не идут по следу зайца или лисы, а гонят только «по зрячему», своры и отдельных собак держат на поводке. На краю поля выстраиваются «ровняжкой». Расстояние между номерами — 20-30 метров. Иногда плотнее, когда в силу погодных условий заяц плотно лежит, буквально до тех пор, пока охотник или собака не наступят на него. Если зверь поднялся, например, против первого номера, охотник пускает свору своих собак одним движением руки, поскольку все они идут на одном поводке (своре) специальной конструкции. Тут медлить нельзя, так как заяц также не дурак и через несколько секунд уже будет на другом конце поля или в лесу. Охотники, идущие на других номерах, собак не пускают, так как в общей свалке они только будут мешать друг другу, а могут и пораниться. Шансов убежать от собак у зайца не много, но все же есть. Этим и интересна псовая охота. Это соревнование, в котором шанс выйти победителем есть у всех его участников. При глубоком и рыхлом снеге у зайца шансов больше. А собаки нередко травмируются и достаточно сильно.

Самая интересная охота с борзыми бывает в октябре, когда поля еще зеленеют, а деревья не сбросили полностью листья. Кроме того, еще достаточно тепло. Борзые хотя и имеют длинную шерсть, но плохо переносят морозы. Тем более в сочетании с глубоким снегом.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector